У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Тематический форум ВМЕСТЕ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » #Темная литература » Али Вали Ярость дьявола


Али Вали Ярость дьявола

Сообщений 21 страница 28 из 28

21

– Думаю, как же мне повезло.

Они поднялись, чтобы взглянуть на спящих детей, а потом вернулись в ту комнату, что Мэдди отвела им еще в прошлый приезд. Кейн заперла дверь. После долгого поцелуя на лестнице Эмме невыносимо хотелось любви. Она провела ногтями по груди Кейн, с удовлетворением отмечая, что по коже той побежали мурашки.

– А я все думаю, на кого будет похож наш следующий ребенок, – она перевернулась, чтобы видеть лицо Кейн в лунном свете. – Представляю, как ты прогуливаешься по магазину игрушек.

– Я тоже представляла себе все это. Мне еще так многое предстоит наверстать, когда появится наша малышка.

И хотя замечание Кейн было самым невинным, Эмма расплакалась, услышав это. – Прости.

– Что такое? – Кейн повернулась к ней и погладила по щекам.

– А ведь Ханна и не догадывается, какой сюрприз ее ожидает, когда все снова войдет в привычное русло.

– Разве это плохо?

– Нет, любовь моя, просто за свою недолгую жизнь все подарки для нее были «полезными». Вот, еще одна проклятая черта, которая досталась мне от матери. «Игрушки — это непрактично», – Эмма изобразила чопорный тон Кэрол Верде. – Я не только украла у тебя время, но еще и у Ханны украла ни одно праздничное рождественское утро…

– Послушай меня, – Кейн прижала палец к губам Эммы. – Я хочу, чтобы ты простила себя. Мы не можем изменить прошлое, но можем исправить настоящее. И Ханна всю оставшуюся жизнь будет счастлива, не потому, что росла без каких-то вещей, а потому, что мы обе любим ее.

– Видишь, я же говорила, что мне повезло, – Эмма притянула Кейн к себе, больше всего на свете желая почувствовать защищенность, которую ей дарило присутствие любимой.

–Девочка моя, как бы нам ни хотелось заблуждаться, но никто из нас не совершенен. Но в моих глазах ты из тех, кто подобрался ближе всех к идеалу.

– Льстишь мне, – в голосе Эммы не было больше грусти. Она в шутку схватила Кейн за шею и принялась целовать.

– Я на самом деле люблю тебя. Но если ты тут ради лести, я могу полежать рядом и придумать что-нибудь стоящее.

– Милая, я, конечно, очень люблю твой голос, но вот именно сейчас мне меньше всего хочется вести беседы…

Кейн осторожно протиснула свою ладонь между ними и медленно погладила Эмму по животу, ниже, еще ниже, пока в конце пути не обнаружила то, что искала. Эмма всем телом поддалась навстречу любимым рукам, когда пальцы Кейн коснулись ее клитора. – Чем бы мне увлечь тебя?

– Замолчи, и давай займемся любовью, – Эмма ущипнула Кейн за попу и тут же погладила.

Все получилось быстрее, чем они хотели, но удовлетворение было более чем полным. Лежа в истоме, Кейн не хотела засыпать – она любовалась дивным румянцем на коже Эммы и тем, как постепенно успокаивалось ее тело, когда дыхание приходило в норму. Утомленная, Эмма сразу провалилась в сон.

Гладя ее по спине, Кейн представляла, какой станет их жизнь теперь, когда Джованни со всеми его гориллами был мертв. Но не успела Кейн и начать мечтать, как на тумбочке у постели зазвонил телефон. Кейн поспешила снять трубку, пока зуммер не разбудил Эмму. Она выслушала Меррик. Эмма что-то пролепетала во сне.

– Не шевелиться! – сурово шепнула Кейн в трубку. И, притянув Эмму к себе, она добавила на ушко:

– Тс-с-с, девочка моя, все в порядке.

– Она подбирается к дому со стороны поля, Кейн, а ты хочешь, чтобы я ничего не делала?

– Если ты ее перехватишь, мы никогда не узнаем, что у нее на уме, так? – Кейн осторожно вылезла из-под одеяла. Эмма лежала, спокойно обнимая подушку. Кейн вздохнула, набросила рубашку и босиком вышла из комнаты. Она прислонилась к стене в коридоре и выждала несколько секунд. Входная дверь открылась и сразу закрылась, практически бесшумно. Ступени почти не скрипели под ногами непрошеного гостя, чья тень скользнула к двери комнаты напротив того самого места, где стояла Кейн. Незваная гостья стояла перед закрытой дверью в комнату Ханны.

Уже взявшись за дверную ручку, Кэрол Верде услышала, как скрипнула половица у нее за спиной. Сердце женщины ушло в пятки. Она замерла на месте, точно надеялась сделаться невидимой, и подождала немного, пытаясь понять, действительно ли это всего лишь ветхий дом скрипнул от бушующего снаружи ветра.

– А как вы думаете, что бы было, убей я вас сейчас? А ведь я запросто могла подумать, что это вор. И не просто вор, а влезший сюда, чтобы навредить моей дочери?

– Твоей дочери? Смешно, – Кэрол была шокирована тем, что Кейн удалось подобраться так близко… и так незаметно. Конечно, скрип половицы не был случайностью – Кейн хотела, чтобы ее услышали.

– Ханна пока невинное дитя, не то, что это недоразумение, которое ты называешь сыном.

Кейн занесла руку, чтобы вышибить дух из этой отвратительной женщины, но в последний миг остановилась и просто схватила ее за запястье.

Может быть, у Кэрол слух был не особенно острый, но Кейн в этом плане повезло.

– Ради меня, прошу, не сдерживай себя, – одетая только в свитер любимой, в дверях спальни появилась Эмма. Она стояла, скрестив рук на груди.

– Ах ты неблагодарная маленькая… – при взгляде на дочь Кэрол начало трясти от злобы. – После всего, что я для тебя сделала… Я пыталась спасти тебя от тебя же.

Эмма подошла ближе, и от ее взгляда не ускользнул тот факт, что, стоило ей сделать шаг, Кейн отпустила руку Кэрол. Они не хотели будить Хэйдена и Ханну.

– Что же неблагодарного в моей желании прожить свою жизнь счастливо? А что касается попыток спасти меня от меня самой, думаю, об этом, в первую очередь, нужно спросить у меня, – Эмма подошла к Кейн, взяла за руку и поцеловала. – Да, мама, я наделала много ошибок, но самой большой из них было уйти от главного счастья в моей жизни. И мне приходится жить с этим, но моя семья меня простила. Может быть, и тебе пора освободиться от ненависти и боли, которые тебе приходится носить в себе. Люди вокруг тебя устали расплачиваться за это.

Кейн стояла молча, зная, что эту битву Эмма должна была вести сама. Она смотрела, как Кэрол с готовностью открыла рот, очевидно, чтобы извергнуть еще множество ранящих комментариев, но тут ее отвлек еще один участник игры.

– Кэрол, ни слова больше, – Росс Верде был небрежно одет, он прибежал, как только Эмма ему позвонила.

– Это не твое дело. Ради Господа нашего, Росс! Ханна ведь жила с нами. Неужели ты думаешь, что ее душа не заслуживает спасения?

– А не грех ли это – лгать, как ты мне всегда говорила? – он провел рукой по волосам и утомленно вздохнул. – Я думаю, Ханна заслуживает того, чтобы жить с людьми, которые ее любят. Ради ее же блага тебе лучше не вмешиваться в ее жизнь, поверь мне. Но за Кейн и Эмму я говорить не могу.

– Что ты вообще знаешь? Ты ошивался тут, пытался настроить малышку против меня.

– Я проводил с ними время, потому что я их дед, и люблю их. И я видел, что Хэйден хорошо воспитанный мальчик. Он вырастет замечательным мужчиной. Кэрол, поздно уже, пойдем домой, и там обсудим ситуацию.

Но вместо того, чтобы уйти, Кэрол схватилась за ручки двери в комнату Ханны. Не успела она открыть, Кейн обвила ее запястье цепкими пальцами и сжала до боли. – На вашем месте я бы послушала, что говорит муж. Потому что войти в эту комнату и забрать мою дочь вы сможете только через мой труп.

Росс подошел к супруге и взял за плечо.

– Мы уходим, – он потянул Кэрол за собой, в глазах его читалось облегчение, когда Кейн отпустила ее руку.

– Будь осторожен на дороге, пап. И звони, если что-нибудь будет нужно.

Всю дорогу до калитки Верде отчаянно пререкались вполголоса, зная, что дома их ожидала колоссальная ссора. Когда хлопнула входная дверь, Эмма упала на грудь Кейн, молча умоляя пожалеть ее. Несмотря на ноющую боль в боку, Кейн подняла жену на руки и отнесла в комнату.

– Почему она меня так ненавидит? – Эмма нечасто позволяла говорить той неуверенной маленькой девочке, что все еще жила в ее душе.

– Любовь моя, ты ни в чем не виновата. Таким людям, как твоя мать, легче ненавидеть кого-то другого, по любой безумной причине, что они себе надумали, нежели пытаться понять, что они ненавидят в самих себе.

Эмма зажмурилась, но еще не плакала: – Ты говоришь, как психоаналитик.

– Милая, я была бы счастлива, приглашать тебя к себе на кушеточку при каждом удобном случае. Только вот не уверена, что тебе это по карману.

Утирая слезы, Эмма рассмеялась над шуткой и прижалась к любимой. – Может быть, ты возьмешь меня к себе на работу, чтобы я могла оплатить? Мне просто необходимы твои сеансы: спроси мою мать, и она тебе скажет, что я сумасшедшая во всех смыслах.

Кейн легко подхватила Эмму за подмышки и устроила прямо на себе, крепко обняв: – Послушай меня, Эмма Кэйси. Ты прекрасная женщина, и внешне, и душевно. Это не дается человеку в одночасье, а значит, ты была чудесной маленькой девочкой. Твоя мать не стоила такого подарка судьбы. Так что прекрати мучить себя вопросом о том, как ты должна была себя вести, чтобы сердце Кэрол не озлобилось.

Глава пятьдесят вторая
Небо на востоке окрасилось розовым цветом, первые лучи восхода прорезали синюю тьму. Петух заливистым криком оповестил округу о наступлении нового дня. Туристка, накинув махровый халат, села в шезлонг на балконе, вытянув изящные ноги. Услышав звонкое «кукареку», она рассмеялась, искренне удивляясь, как такой мощный голос мог принадлежать такой забавной маленькой птице.
Лицо девушки оставалось в тени, и нескольким парам глаз, которые наблюдали со стороны, были отчетливо видны только босые ступни с идеальным педикюром.

– Госпожа Кэйси, для вас записка, – служащий отеля передал ей сложенный листок. – Может быть, принести кофе и завтрак?

– Спасибо, принесите пока только кофе. Завтрак я закажу, когда проснется моя спутница. Если она пропустит ваш знаменитый горячий хлеб, быть беде и кровопролитию.

Обаятельный служащий рассмеялся, как и все, кто слышали ее реплику. – Попробуем этого не допустить: следы крови на белом песке очень отпугивают туристов.

– Знаешь, почему жалко сажать ее за решетку? – спросил Лайонел.

Они сидели в пустом баре возле пляжа, в номере «Хилтона» был установлен крошечный микрофон, а коллеги из ДЕА ждали наготове у выезда с территории отеля – на случай, если Кейн захотелось бы уехать без них.

– У тебя не получится с ней встречаться? – вопросом ответила Клэр.

– Она офигенная для гангстера. Ну, это я фигурально выражаюсь. И отдыхает в таком крутом месте, – когда команда смерила Лайонела таким взглядом, точно у него дьявольские рога прорезались, он лишь покачал головой в беззвучном смехе. – Вы что, не согласны, что сидеть здесь куда приятнее, чем в минивэне на задворках Нового Орлеана? А в следующий раз нам, небось, достанется задание выследить какого-нибудь старика, который целыми днями жрет арахисовую пасту.

– Джо, отстань, всему свое время, – Шелби оглядела территорию отеля, пытаясь придумать, где им засесть потом. После восхода Кейн ничего не стоило бы их заметить – достаточно было бы одного взгляда в сторону бара, а Шелби планировала как можно выгоднее использовать эффект неожиданности. – Что вы думаете вон о той пальмовой аллее?

***
За полосой розового появилась нежно-лазоревая, обещая всем, кто встретил рассвет, еще один идеальный день для солнечных ванн: на небе не было ни облачка. Окинув берег довольным взглядом, Мюриэл прошла обратно в номер, чтобы принять душ. Записку, которую ей доставили, она положила на журнальный столик, возле кофейника.
Джо спрыгнул с барного табурета и позвал служащего, намеревавшегося заняться уборкой номера Кэйси. Предложив мексиканцу двадцатку, Джо попросил вынести из номера не только мусор, но и записку. Ни секунды не колеблясь, парень засунул деньги в карман рубашки. Через пару минут он принес розовый листок. На нем было написано:
«В семь у «Печального Майя». Постарайтесь не опаздывать»
«Печальный Майя» – так назывался ресторан на территории отеля, и здесь никаких трудностей не скрывалось. Но вот – имелось ли в виду утро или вечер? Оставив Клэр, Джо и Лайонела следить, Шелби отправилась разведать обстановку в месте встречи, назначенном для Кейн.
Как и весь отель, ресторан был оформлен со вкусом. Столики находились друг от друга на почтительном расстоянии, создавая для посетителей атмосферу уединения, а огромные окна выходили на залив, вид открывался изумительный. К удивлению Шелби, уже прибывали первые посетители – скорее всего, те, кто собирался после завтрака отправиться на поиски экзотики. Но удивлению Шелби не было предела, когда пожилая официантка подошла к ней и приветливо улыбнулась:

– Мисс Дэниелс, не хотели бы вы освежиться, прежде чем я провожу вас к вашему столику? Можете воспользоваться служебными помещениями, если нужно почистить зубы, например, или поправить прическу.

– Откуда вы знаете мое имя?

– Госпожа Кэйси звонила, предупредила, что вы придете. Она приехала, чтобы порыбачить, сказала, вы здесь с той же целью. Но это лучше делать, плотно подкрепившись.

Шелби расхохоталась до слез, как и всегда, когда утомление давало себя знать, и безропотно проследовала за старушкой, надеясь и впрямь освежиться. Конечно, она не ожидала, что для нее окажутся приготовлены заранее легкий сарафан, пара сандалий, точно по размеру… и любимый парфюм.

– Душ там, мисс, если хотите, перед тем, как примерить это чудное новое платье.

– А она самоуверенная, да?

Реплика предназначалась вовсе не старушке, но та, прежде чем уйти, проговорила:

– Госпожа Кэйси-то? Да. Она сюда на спортивную рыбалку приезжает дважды в год. Я ее уже хорошо знаю. И уверенности в себе ей точно не занимать.

Шелби подумала, не стоило ли вернуться к команде и рассказать обо всем, но она знала, что те сразу сбежались бы посмотреть. Старушка дождалась Шелби у дверей, а потом проводила к столику, который стоял под открытым небом.

Место было достаточно романтическое и уединенное: с обеих сторон столик окружали пальмы в огромных кадках, а взору открывался очаровательный морской пейзаж. Теплый ветер играл еще влажными после душа волосами Шелби, она села за столик, в ожидании. Больше всего ей хотелось знать, что было у Кейн на уме, и к чему эта странная встреча именно в этом месте. Особенно это интересовало ее потому, что воссоединение с Эммой казалось искренним.

Открылась дверь люкса, Лайонел пихнул Джо в бок, чтобы тот поднял взгляд. Они как раз обсуждали, имело ли смысл пойти за Шелби, как вдруг резко замерли. Грациозный силуэт в тени палисадника был едва различим. Помахав, она вышла на свет, и агенты, все, как один, едва не упали от удивления.

– Черт! – выдохнули оба мужчины. Клэр уже направлялась в сторону ресторана.

– Так, если она здесь, то где же Кейн? – спросил Лайонел в пустоту. Он чувствовал себя полным идиотом, когда Мюриэл улыбнулась и помахала ему, проходя мимо. – Черт, такое ощущение, что мы тут только для того, чтобы развлекать этих Кэйси. – Они и не думали скрываться, когда пошли за Мюриэл по пятам, намереваясь узнать, куда она направлялась. Официант провел их к столику и предложил меню. Клэр уже сидела внутри и выгибала шею, пытаясь увидеть, что происходило за столиком снаружи.

Шелби, закатив глаза и запрокинув голову, наслаждалась безмятежностью этого места. Мюриэл замерла на пороге, любуясь счастливым спокойствием на лице Шелби. Если бы они выбрали другие жизненные пути, наверное, она легко бы влюбилась в Шелби.

– Замечательное место, правда? – она положила руки на край столешницы. – О, прости, я не хотела тебя напугать.

– Ты когда успела сюда добраться?

– Вчера ночью, незадолго до вас, – Мюриэл отодвинула для себя стул, скрипнувший изящными чугунными ножками по бетону.

– Помогаешь Кейн найти новые способы обойти закон? – спросила Шелби, небрежным жестом убрав прядь волос за ухо. – Или ты тоже обожаешь спортивную рыбалку?

– Мы с сестрой никогда не обсуждали, кто как предпочитает ловить рыбу, но я это дело люблю, что правда, то правда. Когда тебе платят, чтобы ты говорила за человека, хочется, знаешь ли, тишины, покоя, и куда-нибудь на залив. Да почаще.

– Но я думала… мне сказали… – Шелби запнулась. – Сказали, госпожа Кэйси любит рыбачить…

Мюриэл покачала головой: – Это правда. Госпожа Кэйси любит рыбачить. Я, как ты помнишь, тоже ношу это имя. Тебе водительское удостоверение предъявить?

Ничего не прозвучало в ответ, но Мюриэл могла поклясться, что губы Шелби шепнули: «Черт».

– А как ты сюда попала?

– Винсент был так любезен, что одолжил мне свой самолет, – какой-то частичке души Мюриэл было ужасно жаль этих агентов, которые всю жизнь вынуждены были сидеть на хвосте и гоняться за людьми вроде Кейн.

– То есть, она не с тобой?

– Кейн? – спросила Мюриэл с невинным видом, и рассмеялась, увидев искреннее презрение в глазах Шелби. – Нет, она решила посидеть дома.

– И кто тогда эта блондинка с тобой?

Когда Мюриэл расхохоталась в голос, взгляд Шелби сделался просто убийственным.

– Боже, агент Дэниелс, какое вам дело?

– Да никакого, но я поверить не могу, что ты так просто взяла бы с собой женщину, которая так похожа на Эмму.

– Я обязательно передам своей секретарше, что ты находишь ее симпатичной. Я ведь правильно поняла?

Шелби эти комментарии игнорировала.

– Мюриэл, где Кейн?

– Не здесь. Так как насчет завтрака? И, если ты не занята, давай потом выйдем в море, порыбачим?

Мюриэл встала спустя секунду после того, как Шелби, раздраженная, поднялась со своего стула. Она взяла Дэниелс за плечи и вкрадчиво проговорила:

– Прости. Я не хотела быть такой резкой. С Кейн ты сейчас ничего поделать не сможешь, так что останься. Останься и раздели со мной завтрак. И, если хочешь, притворимся, что три твои тени не поджидают за дверью.

– А эта блондинка в твоей постели?

Мюриэл провела ладонями по плечам Шелби, положила руки ей на бедра, а потом крутанула ее на месте.

– Можешь спросить на рецепции. Двухкомнатный люкс. У блондинки своя кровать, и, пока мы тут разговариваем, она перепечатывает файлы. Она, правда, мой секретарь, и я взяла ее с собой, чтобы выполнить кое-какую работу. Многое осталось незавершенным с тех пор, как старый офис взлетел на воздух.

Шелби с огорчением ощутила, как сильно ей стало не хватать тепла Мюриэл, едва та отстранилась. – А если я останусь, мы заключим перемирие? Хотя бы ненадолго?

– Может быть, пропасть между нами не так уж и широка, в конце концов? – Мюриэл снова положила руки на плечи Шелби, когда та села.

Глава пятьдесят третья

– Знаешь, что, девочка моя, – кожа Кейн была такой гладкой, что Эмма запустила руки ей под рубашку. – Я люблю тебя сильнее, чем можешь себе представить.

– Спасибо за эти слова, – Кейн поцеловала ее, первый раз за утро. – Очень мило с твоей стороны, но мне нужно кое-что тебе сказать.

– Я слушаю тебя. Но когда договоришь, я думаю, мы сможем найти своим губам применение получше, – Эмма потянулась к резинке на трусах Кейн. – Твоим губам, рукам и всему, что еще смогу придумать.

Эмма притянула Кейн к себе, точно напоминая о ее обещании, и та ловко перекатилась, оказываясь сверху.

– Я знаю, мы живем в бешеном ритме, но когда я сегодня смотрела, как ты спишь, меня посетила одна очень важная мысль.

– Какая?

– Что я сейчас предельно счастлива, и только жду, что будет дальше, – в голосе Кейн звучало столько нежности, что у Эммы на глаза навернулись слезы, она поднесла к губам руку Кейн и принялась целовать каждый ее палец.

– Милая, я, конечно, не могу предсказать, что будет дальше, но я точно знаю, что случится в следующую секунду…

Эмма начала стаскивать с Кейн боксеры, но тут услышала, как скрипнула дверь.

– Ты что-то сейчас сказала? – усмехнулась Кейн, оборачиваясь на звук.

– Не надо меня винить, леди гангстер. Это ты должна была дверь запереть на ночь, – сурово сказала Эмма, но тут же улыбнулась, увидев на пороге Ханну. На лице малышки была робость. – Заходи, моя милая.

Ханна с радостным криком понеслась к постели и запрыгнула на спину Кейн:

– Мамик, ты вернулась и привезла мамулю!

– Да, вернулась за тобой и братом. Пора домой, – Кейн рассмеялась, когда увидела, как старший, едва показавшись в дверях спальни, сжал победно кулак и шепнул: «Йеесс!». – Как вы, ребята? Хорошо провели время?

– Да, но я хочу в зоопарк, – начала капризничать Ханна. – Хэйден сказал, что дома есть зоопарк.

– Есть. И океанариум есть, – добавила Эмма. Она поманила сына к себе: сама встать она не могла, так как стеснялась того, что была без одежды. – А еще там будут мамик и Хэйден, так что это будет самое лучшее место в мире.

– Что-то это вы такие сонные сегодня? Хватит валяться, – мальчик поцеловал их по очереди, пожелав доброго утра. – Там внизу тетя Мэдди уже завтрак готовит. Ханна, мне кажется, нам стоит оставить наших мам с их телячьими нежностями.

– Чегожностями? – переспросила Ханна, забираясь брату на спину.

– Может, когда мы вырастем, и будем такими взрослыми, как они, нам тоже посчастливится это найти. Надеюсь, – Хэйден подмигнул Эмме и Кейн и побрел из комнаты, унося сестричку с собой.

Заперев дверь, родители рассмеялись.

– Напомни мне, чтобы я купила ему машину, когда приедем домой, – сказала Кейн, вернувшись к тому, на чем они остановились, когда дети прервали их.

– Все что угодно, любовь моя, только хватит болтать, черт возьми!

***
К середине дня Кейн, готовая выезжать, уже сидела на крыльце с собранными чемоданами. Она наблюдала, как Росс прощался с внуками. Дед обещал навестить их до конца месяца.
Открылась дверь, Кейн оглянулась с улыбкой – вышел Джерри. Он выглядел измотанным, но Кейн прекрасно знала, что это такое – не спать ночами из-за ребенка. Бывало такое, что, уже уложив Хэйдена, они с Эммой приходили в его комнату и любовались сыном, пока он спал.

– Счастлив?

– Конечно! Я… я хотел поговорить с тобой наедине, пока вы не уехали, – Джерри переминался с ноги на ногу, не зная, с чего начать.

– Не переживай так. Вопреки мнению целого света, я не кусаюсь, – Кейн села на перила и улыбнулась.

– Кейн, я даже выразить не могу, какое счастье ты подарила нам с Мэдди. Я всю жизнь молился, чтобы бог дал мне сына, но уже давно перестал на это надеяться, – проговорил он размеренно. Помолчав, он взглянул на Кейн. – Не поверишь, но я сам плакал, как ребенок, когда жена прошлой ночью положила его между нами. Так вот, пока ты не уехала, я хотел отдать тебе все бумаги, мы выбрали для него имя и теперь хотим все оформить по закону. – Он передал Кейн папку, держась как-то уж слишком официально. – Мы с Мэдди подумали, что лучший способ отплатить за то добро, которое ты сделала – это назвать ребенка в твою честь.

Кейн открыла папку и посмотрела бланк, на котором было написано имя:

– Джереми Кейн Раф?

– Он заслуживает быть самим собой. Но еще он заслуживает знать, что носит имя человека, которого его родители очень уважают. Имя нашей подруги Кейн.

Выйдя из дома с ребенком на руках, Эмма увидела, как Кейн и Джерри обнимались. Мэдди же только что выяснила, опытным путем, как далеко малыш мог плеваться, если ему не особенно нравилось то, что предлагали на обед.

– Спасибо, что не забыла проведать старика перед отлетом, – пошутил Росс и раскрыл объятья навстречу дочери, крепко прижимая Эмму к себе.

– Я хотела поблагодарить тебя за вчерашнее.

Росс приложил палец к ее губам, заставляя умолкнуть, но потом всплеснул руками и с грустным вздохом отстранился, опираясь на перила веранды.

– Если ты благодаришь меня за такие вещи, значит, я что-то делал не так.

Эмма хотела возразить, но он снова поднял руки, попросив таким образом дать ему закончить.

– Нет-нет, не надо меня защищать, когда дело касается твоей матери. Я не должен был позволять ей быть такой жестокой с тобой все эти годы. Не должен был уступать ей, когда Кейн первый раз вернулась за тобой.

– Я сама не так много для этого сделала, папа, – она оглянулась на Кейн – та подняла Ханну над собой и кружила ее на вытянутых руках. – Но ты только посмотри, как все повернулось.

– Именно это я и хотел тебе сказать. Я побыл с тобой и Кейн, и, хотя я опоздал на целые годы, дорогая, я даю вам свое благословение, во всем, что касается вашего брака. Он может быть недействителен в глазах закона, но ведь Кейн любит тебя и детей больше всего на свете.

– А вы с мамой? Все ведь будет хорошо?

– Твоя мама поживет пока у своего брата и его жены. Я надеюсь, тебя это не очень расстроит, но я сейчас в поиске того счастья, о котором ты говоришь. А в одиночку я найду его вернее. – Он обнял Эмму за плечи, и они вошли в дом.

– У тебя все будет хорошо. И у меня тоже.

Кейн встретила их словами: – Росс, ты не мог бы отвезти детей в аэропорт вместо нас?

Он молча кивнул и поцеловал Эмму в лоб. Росс и Кейн вышли вдвоем.

– Мы прогуляемся немного, хорошо? – спросила Кейн.

– Я думал, ты торопишься уехать.

– А… да, но нам нужно сначала сделать еще кое-что важное. Не хочу, чтобы оказалось, что мы не успели вернуться в город раньше, чем Мюриэл и ее новые друзья. Но прогулка с любимой куда важнее.

Выйдя на крыльцо, Эмма с готовностью взяла Кейн за руку. Скоро Эмма догадалась, куда они направлялись. Оказалось, что Кейн вела ее к тому дереву, под которым они сидели в прошлый раз, когда Эмма показала Кейн озеро.

– Я, помнится, тебе как-то сказала, что тебе никогда не будет скучно со мной, – Кейн говорила медленно и спокойно. Единственным, что нарушало тишину, был слабый ветер. – А еще я сказала тебе, что буду любить больше всего на свете. И я сделаю все, чтобы ты была в безопасности. – Кейн подошла к Эмме, и, заглянув в глаза, взяла ее руки в свои.

– Ты уже сделала все так, что лучше и не придумаешь, любовь моя.

– Но мы пришли сюда не для того, чтобы ты меня благодарила, а чтобы я могла попытаться дать тебе что-то взамен твоего бесценного дара, который принес счастье в мою жизнь, – Кейн обвела окрестности резким жестом. – Я не забыла, что ты мне говорила про загаданные здесь в детстве желания. Для моей маленькой девочки я совершила маленькую сделку с ее отцом и с Джерри.

– Чертяка, ты не иначе как пользовалась своим фамильным даром к убеждению?

Кейн засмеялась и ласково потянула Эмму за косу.

– Я купила земли вашего соседа-фермера, чтобы твой отец и Джерри могли развернуться со своими коровами. А взамен получила небольшой участок…

– Я же знала, что ты ударишься с коровьи бега.

– Клянусь тебе, никаких лепешек в твоих цветниках поутру. Я заказала строительные работы… Пусть у нас тут будет небольшой домик, где мы могли бы останавливаться. И пусть будет скамеечка под этим деревом, где ты могла бы сидеть, любоваться озером и мечтать о чем угодно.

Шокированная, Эмма молчала, стояла, не в силах подобрать слова. Наконец, она тряхнула головой и проговорила:

– Спасибо тебе за то, что ты сделала. За то, что так тонко меня понимаешь. Есть в этом месте что-то особенное, что мне всегда было очень сложно выразить словами, но ты это и так понимаешь. Я буду с огромным удовольствием сидеть здесь, но, милая, мне не о чем больше мечтать.

– Конечно, есть о чем! Я уверена, что у тебя еще остались желания.

– У меня двое чудесных ребятишек, и скоро, я надеюсь, будет третий. У меня есть семья. И меня любят, – она прижала руку к груди Кейн, к самому сердцу. – Но это не самое главное, о чем я мечтала.

– Не главное?

– Да. Всего этого мне захотелось уже потом, после того как сбылось то, чего я желала всей душой.

Кейн привлекла Эмму к себе. Они целовались, долго и страстно, до тех пор, пока не почувствовали, что не хватает воздуха.

– Больше всего на свете мне хотелось, чтобы кто-то любил меня, берег, заботился обо мне и принимал меня такой, какая я есть.

– Похоже, озеро нуждается в срочной чистке, раз уж исполняя твои желания, оно не смогло придумать никого лучше, чем Кейн Кэйси.

– Озеро знало, что моим самым заветным желанием было найти человека с синими глазами, статной фигурой и дьявольским сердцем. Ты постоянно говоришь о том, что одержима дьяволом, Кейн, но ты все равно мое единственное спасение и самое заветное мое желание.

Кейн поцеловала ее еще раз:

– Я хочу, чтобы ты всегда так думала, девочка моя.


*ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ*

+2

22

надеюсь, больше ничто не разлучит героинь...

+1

23

История и персонажи просто супер! Блин,когда же переведут продолжение  :stupor:

+2

24

АЛИ ВАЛИ

МОЙ РОМАНТИЧНЫЙ ДЬЯВОЛ

Эмма Кейси подошла к двери и поцеловала своего сына Эйдена, провожая его в школу. Ее младшая дочь Ханна находилась где-то в доме. Маленькая девочка добавила немало работы прислуге, которой теперь приходилось следить за порядком чаще, а также время от времени спасать что-нибудь коллекционное из маленьких цепких рук малышки.
День Эммы в основном состоял из школьных заданий и заботы о детях и о Кейн. Она была занята постоянно, но после своей добровольной ссылки, Эмма была только рада погрузиться в эту домашнюю рутину и заботу о своей семье с головой.
Принятие такого образа жизни и женщины, с которой она эту жизнь делила, пришло только после того, как она прожила без нее слишком долго. Дерби Кейн Кейси была любовью всей ее жизни, любовью, о которой мечтают многие, но она также являлась главой одной из криминальных семей Нового Орлеана.
Для Эммы это не имело бы значения, даже будь Кейн самим дьяволом во плоти. Эмма нашла свое место, и оно было возле Кейн. Теперь ей только оставалось доказать Кейн, что они могут оставить все свои ошибки в прошлом и двигаться дальше.
Эмма услыхала как где-то неподалеку взвизгнула Ханна, а затем стала заливисто смеяться. Это могло означать только одно - Кейн подкидывает ее высоко в воздух. Для всего остального мира Кейн была членом мафиозного клана, но здесь, в этом доме она была только любящей женщиной и матерью. И обе эти роли она выполняла на отлично.
"Если она измажет яйцами этот дорогущий костюм, не жалуйся мне," сказала Эмма Кейн, когда обнаружила женщину с дочерью, взлетающей высоко над ее головой. Поддразнивание заставило Кейн схватить Ханну в охапку и начать ее щекотать.
"Чем собираешься заняться сегодня?"
"С утра у меня несколько встреч с нашими новыми партнерами, а потом я хотела пригласить мою любимую жену на ланч." Кейн опустила Ханну на пол и поцеловала ее в лоб. "Если она не очень занята," добавила она, целуя Эмму.
"Я найду для тебя время, но только потому, что ты мне очень нравишься." Эмма опустила подбородок на грудь Кейн и посмотрела вверх на лицо, которое заполняло все ее мысли с момента их встречи. "Спасибо за приглашение. Мы так мало виделись эти последние несколько недель."
"Учитывая тот факт, что ты попросила мой паспорт, когда я пришла в постель прошлой ночью, я решила, что пора ненадолго забыть о бизнесе и сконцентрироваться на более важных делах." Кейн запустила руки в волосы Эммы, отводя их назад, затем обвела большими пальцами контур светлых бровей. "Я скучала по тебе каждую минуту, проведенную без тебя, но больше всего мне не хватало наших ежедневных совместных ланчей."
Эмма бросила взгляд через плечо, чтобы удостовериться, что Ханна не засовывает что-нибудь в розетку и улыбнулась, когда увидела, что горничная ведет девочку на кухню. "Я думала о том же, и даже не знаю почему. Удивительно, что я так скучаю по тебе, ведь мы проводим все ночи вместе. Но это действительно так."
"Нам предстоит многое наверстать в качестве семьи, но еще больше как паре."
"Боже, я думала, что я веду себя эгоистично, думая об этом," сказала Эмма, обвивая руками талию Кейн. "Я люблю тебя и нашу семью, но мне очень не хватает нас."
Кейн обхватила ладонью затылок Эммы и наклонилась, чтобы поцеловать ее. "Я вижу, ты так же готова принимать мои ухаживания, как я ухаживать за тобой."
"Ты ухаживаешь за мной каждый день," запротестовала Эмма, хотя ей было приятно слышать эти слова от Кейн. "Не думай, что ты невнимательна ко мне, и не думай, что мне не нравится ощущать себя просто мамой."
"Как насчет принарядиться и встретить меня в городе в полдень? Позже я позвоню с более подробными указаниями."
Кейн поцеловала ее еще раз, но, разумеется, Эмме этого было недостаточно, и она смотрела ей вслед, пока за женщиной не закрылась дверь.
"Остынь, Эмма, или ты ее спугнешь," прошептала Эмма самой себе, но она не лгала, когда говорила о том, что скучает по Кейн и по тому жару, который они генерировали будучи парой.
***
В полдень они сидели рядом, уютно устроившись за столиком в ресторане Энтони, во французском квартале, с охлажденной бутылкой вина на столе.
Кейн, расслабившись, откинулась назад и изучала выражение лица Эммы. Исходя из их долгих отношений, Кейн знала, что ее жена замечталась и сейчас витала где-то в облаках. Она и сама время от времени предавалась мечтаниям, но не во время ланча и тем более не тогда, когда напротив нее сидел объект всех ее фантазий.
"О чем ты думаешь?" спросила Кейн.
"О том дне, когда ты пригласила меня на первое свидание." Охлажденное белое вино было одним из любимых напитков Эммы и Кейн снова наполнила ее бокал, после того как Эмма осушила первый. "Ты пытаешься напоить меня и заставить меня расслабиться?"
"Конечно, но к счастью с годами это стало легче."
"Мне никогда не нужно было расслабляться рядом с тобой, так что хватит сочинять, мафиози." Эмма вложила свою руку в ладонь, предложенную ей Кейн и наклонилась ближе. "Расскажи мне свою версию, и я скажу правильно ли ты все помнишь."
***
"Хочу ли я пойти с тобой куда-нибудь завтра вечером?"
Кейн сидела на стуле у барной стойки своего паба Erin Go Braugh и старалась не рассмеяться. "Я принимаю во внимание тот факт, что я не часто хожу на свидания, по крайней мере в традиционном смысле этого слова, но я знаю точно, что ответ на этот вопрос может быть только один - да или нет." Эмма все еще выглядела испуганной и застигнутой врасплох ее приглашением, поэтому она продолжила. "Если правила игры все-таки поменялись, и теперь принято переадресовывать каждый заданный тебе вопрос, то это довольно сильно раздражает."
"Прости, просто я удивлена, что ты меня о чем-то просишь после вчерашнего." Эмма так тщательно вытирала руки барным полотенцем, словно на них попали радиоактивные отходы.
"Немного пролитого пива еще никого не убило. Разве только заставило прослезиться ирландца. Ну, что скажешь?"
"А куда ты хочешь пойти?" спросила Эмма, все еще протирая пальцы полотенцем.
В нескольких метрах от себя Кейн слышала смех своего брата Билли и понимала, что скорее всего он смеялся именно над ней. Пригласить девушку на свидание никогда раньше не было для нее проблемой. "Ты хочешь, чтобы я описала всю программу?"
"Нет, я только хотела узнать, что мне нужно будет надеть." Эмма бросила полотенце на барную стойку, и край его приземлился в полупустой стакан Кейн. "О, Господи." Она потянулась, чтобы забрать его, но задела стоящий на стойке поднос с наполненными бокалами и он перевернулся на Кейн.
Когда она смущенно подняла взгляд, по ее боссу стекали сразу несколько сортов пива.
"Не знаю как ты," сказала Кейн, "но я обязательно надену плащ."
***
Эмма рассмеялась и коснулась бокала Кейн своим. "Я совсем об этом забыла."
"Очень удобно для вас миссис Кейси," сказала Кейн, вынимая очередную устрицу из раковины и поднося ее к губам Эммы.
"Ну, тогда я не могла вести себя иначе, любимая. Ты заставляла меня жутко нервничать," сказала Эмма. "К тому же, если бы я не была такой неуклюжей, у тебя не было бы этой смущающей меня истории, которой ты так любишь похвастать."
Кейн снова наполнила их бокалы и протянула один Эмме, побуждая ее пригубить еще немного вина. "Я рассказываю эту историю не для того, чтобы смутить тебя. Иногда мне нравится вспоминать ту застенчивую девушку с фермы, потому что это в очередной раз напоминает мне о том, как же мне повезло. Ты была застенчивой, но затем как бабочка скинула кокон, и результат оказался просто ошеломительным."
"Надеюсь, ты знаешь как сильно я люблю, когда ты говоришь мне нечто подобное, но ты можешь расслабиться. Тебе не стоит слишком стараться, потому что в любом случае, рано или поздно, но ты получишь свое."
Официанты подали два блюда с форелью в панировке из миндаля, но Кейн не выпускала руку Эммы из своей все то время пока их обслуживали. Их первое свидание не намного отличалось от этого, и Эмме даже казалось, что Кейн попыталась в точности воссоздать ту же атмосферу.
"После мы идем пить кофе с пончиками?" спросила Эмма, так как именно это они и сделали на своем первом свидании. В тот день Эмма поначалу сильно удивилась, когда Кейн попросила принести счет, даже не поинтересовавшись десертом. Она облегченно вздохнула когда Кейн, которая держала ее за руку всю дорогу до Кафе дю Монд, заказала их знаменитый кофе и пончики бенье.
"У меня были немного другие планы, но если хочешь, мы можем остаться здесь и отведать их знаменитый десерт Аляска." Кейн положила ладонь на плечо Эммы и погладила мягкую кашемировую ткань. Казалось, она не могла не выразить своего восхищения сегодняшним нарядом Эммы еще раз. Погода в городе хоть и была прохладной, но не шла ни в какое сравнение с тем холодом, в котором им пришлось жить в Висконсине, на ферме Эмминого отца.
На Эмме была надета довольно короткая юбка, обтягивающий свитер и туфли на каблуках.
Когда она подбирала этот наряд в магазине, продавец не скупился на комплименты, несколько раз сообщив ей как хорошо он на ней сидит.
Но ничто не говорило Эмме о том, насколько хорошо она выглядит так, как нескрываемое желание в глазах Кейн.
До их знакомства Эмма и подумать не могла, что когда-нибудь будет наряжаться, чтобы привлечь чье-то внимание, но затем она встретила Кейн. И это изменило всю ее жизнь.
И хотя у ее любимой не было никаких требований или просьб по поводу ее гардероба, Эмма видела по мелким морщинкам у ее глаз, когда она улыбалась, что ей действительно что-то нравилось.
Эти мелкие морщинки были единственным свидетельством того, что улыбка Кейн была искренней, и видя их каждый раз, когда Кейн смотрела на нее, Эмма никогда не чувствовала себя просто мимолетным увлечением, с которым Кейн появлялась на публике.
Сейчас выражение лица Кейн было именно таким, и это не было связано с мороженым или маленькими квадратными пончиками. Оно у нее было таким еще с самого утра, когда Эмма была просто измотанной матерью, пытающейся подготовить детей к суматохе дня и совсем не сексуальной.
"Может, когда мы будем здесь в следующий раз, мы попросим их десертное меню, но прямо сейчас я, пожалуй, приму твое предложение на другие планы," сказала она Кейн.
"Значит, ты готова довериться мне?"
"Когда я впервые приняла твое предложение попробовать что-то другое, для меня все обернулось просто великолепно, так почему бы мне не поддаться на провокацию и в этот раз?"
"Некоторые сказали бы, что это было твоей роковой ошибкой."
Голос Кейн нехарактерно дрогнул, когда Эмма провела ногтями дорожку по внутренней стороне ее бедра.
"Может быть." Эмма отодвинула тарелку с недоеденным ланчем и наклонилась к Кейн. "Эти некоторые хотели, чтобы я выбрала какого-нибудь фермерского парнишку, который бы целыми днями рассказывал о своих коровах и чем их нужно кормить. Но я сделала выбор, который заставляет меня ценить жизнь и каждую ее минуту, не тратить время попусту, чтобы не пропустить чего-нибудь важного. И мне не кажется, что желание провести свою жизнь с тем человеком, который наполняет мою жизнь любовью, страстью и весельем, ошибка."
Кейн рассмеялась и поднесла ладонь Эммы к своим губам. "Я скучала по тебе, детка." Она кивнула в сторону тарелки. "Ты закончила?"
"Да. Я в твоем полном распоряжении, веди меня куда пожелаешь," сказала Эмма, сплетая их пальцы.
Один из людей Кейн остался в ресторане, чтобы оплатить счет и за руль сел только Лу. Как обычно фургон ФБР был неподалеку, но Эмма почти об этом позабыла, когда кейн открыла для нее заднюю дверь автомобиля и помогла усесться.
Эмма не имела ни малейшего понятия о том, что задумала Кейн, но она с радостью прижалась к ней крепче и вернула поцелуй, который начала Кейн, забравшись в машину следом за ней.
Они куда-то ехали и когда автомобиль наконец остановился Эмма увидела, что они находились в аэропорту Лейкфронт на востоке Нового Орлеана и личный самолет Кейн был готов к взлету. Эмма наблюдала за остающимся позади городом в маленькое окошко иллюминатора, затем повернулась к Кейн.
"Куда мы летим?"
"Ты сказала, что готова к чему-то новому, а я хочу чего-нибудь сладкого, так что я дам тебе только один намек - мы обе получим то, что желаем," игриво улыбнулась Кейн, поглаживая Эмму по волосам.
"А как же дети?"
"Мюриэл," сказала Кейн, имея в виду свою кузину, "пообещала присмотреть за ними до нашего возвращения. И ей это не помешает, скорее даже пойдет на пользу. Теперь она будет знать точно захочет ли когда-нибудь иметь детей."
"Я готова к любому приключению, к которому ты меня ведешь, а так как ты уже позаботилась обо всем остальном, то я просто буду наслаждаться полетом. И мне очень нравится то, что мы совсем одни на этом самолете."
Огонек над кабиной пилота погас, и Кейн подошла к холодильнику и достала из него бутылку шампанского. "Десерты обычно намного вкуснее и интереснее поглощать в маленькой компании на двоих."
"Ты совершенно права, милая. Значит ли это, что Меррик, Лу и еще несколько вооруженных людей не находятся на самолете в десятке метров позади нас?"
"Здесь только ты, я и парень за той дверью. Хотя, должна предупредить, что как только мы приземлимся, он не последует за нами. Как думаешь, ты сможешь остаться со мной совсем одна?"
Эмма приняла бокал и приглашающе похлопала по сиденью рядом с собой. "Это ведь не серьезный вопрос, да?" Она сбросила свои туфли и подобрала под себя ноги.
"Спрашивать меня хочу ли я быть с тобой то же самое, что спрашивать Ханну хочет ли она мороженого. Поверь мне, неважно, что будет происходить в жизни нашей дочери, она никогда не откажется от мороженого."
"Тогда здесь только ты и я, и все сладость мира, подготовленная для нас."
Они чокнулись бокалами и отпили сладкого игристого вина, но на этот раз Кейн не стала наполнять их снова. Когда бокалы были опустошены, она отставила их в сторону и притянула Эмму к себе на колени.
На протяжении всего полета она целовала и ласкала Эмму, но не заходила слишком далеко. Эмма чуть не закричала в разочаровании, когда Кейн отстранилась и встав, вернула напитки и бокалы на их места, когда загоревшаяся над кабиной лампочка и негромкий звонок дали знать, что они собираются приземлиться.
Они были так заняты друг другом во время полета, что Эмма понятия не имела сколько времени они провели в воздухе, а когда она выглянула в иллюминатор, ландшафт земли не показалась ей знакомым.
"Что ты задумала, мафиози?" прошептала Эмма. Она была так взволнованна, что по ее коже побежали мурашки.
***
Мигель Флорес, менеджер Carly’s Sound ждал их в джипе в нескольких метрах от самолета. Рядом с ним сидел сотрудник таможенной службы Венесуэлы, который должен был проверить их паспорта, чтобы они смогли сесть в вертолет, ждущий их по ту сторону летного поля.
"Добро пожаловать," сказал Мигель с сильным акцентом, когда завершив все процедуры они тронулись с места.
"Надеюсь, полет был хорошим."
"Просто отличным, и если бы я еще знала где нахожусь было бы еще лучше," сказала Эмма. На ангаре, к которому они двигались, был нарисован логотип, и хотя гитара, прислоненная к пальмовому дереву казалась ей смутно знакомой, она все равно не могла определить откуда.
"Вам стоит думать об этом так, сеньорита." Мигель вышел из джипа и наблюдал как Кейн помогает Эмме выбраться из машины. "Есть сюрпризы, которых стоит бояться, например такие когда в ваш дом приходит налоговый инспектор и просит больше денег." Он нахмурился, что заставило Эмму рассмеяться.
"А еще есть сюрпризы, о которых ты постоянно думаешь и надеешься, что когда-нибудь они снова повторятся, настолько они прекрасны." Он открыл дверь вертолета и помог им занять места и пристегнуться. "Могу пообещать вам только одно."
"И что же это?" Эмма жалела, что не надела сегодня вместо кашемира что-нибудь хлопковое.
"Я не налоговик, но ваша жена, она выглядит как человек о котором вы часто думаете и кем восхищаетесь. Это так?"
"Да, сэр," громко сказала Эмма, пытаясь перекричать шум взлетающего вертолета.
"Тогда вам не о чем беспокоиться."
Кейн смеялась, когда Эмма указывала то в одну, то в другую сторону каждый раз замечая что-нибудь интересное в воде, пока они летели в Carly’s Sound.
"Поппи позвонила и дала все указания, но, Кейн, пожалуйста, если вам понадобится что-нибудь еще, дай мне знать," сказал Мигель, везя их по направлению к уединенному курорту.
"Спасибо, но судя по тому. что она говорила о тебе, я уверена, что все будет в порядке." Кейн пожала мужчине руку и повела Эмму к самому последнему бунгало, расположенному на берегу.
Сейчас курорт в основном использовался семьей и друзьями Валенте, но когда-то он был основан для одной особенной женщины, чье имя и носил остров.
"Поппи?" вопросительно посмотрела на нее Эмма.
"Старый друг," ответила Кейн и снова взяла ее за руку.
"Какое красивое место," сказала Эмма, когда они стали подниматься по ступенькам на крыльцо.
"Я тебе все о нем расскажу, но тебе лучше сначала пройти в дом и переодеться. Я подожду тебя здесь."
"А ты разве не пойдешь со мной?"
"Еще несколько сюрпризов и ты устанешь видеть меня возле себя так часто."
"Никогда."
Эмма обнаружила свой багаж во второй спальне, а свои вещи в шкафу. Либо они уже были в самолете, либо Кейн организовала их доставку заранее.
Как они попали сюда было не так уж и важно. На кровати уже лежал простой легкий сарафан и Эмма разделась и надела его. Она пошла босиком, потому что нигде не было обуви и она сомневалась, что это было недосмотром Кейн и ее команды.
Снаружи ждала Кейн, которая тоже переоделась в белые широкие брюки на завязках и свободную рубашку. Она выглядела совсем по-другому, стоя босиком. Более расслабленной чем когда-либо. Эмма никогда не видела ее такой. Они не произнесли ни слова пока Кейн вела их к месту откуда они наблюдали за солнцем, медленно опускающимся в воду.
Идя назад к бунгало Эмма заметила, что пляж больше не был таким пустынным как раньше. Она кивнула в сторону стола и пары стульев появившихся там. "Я вижу, ты готова к десерту?"
"Это нечто большее чем просто десерт." Кейн выдвинула для Эммы стул, приглашая ее присесть и взяв бутылку шампанского, стоящую в ведерке со льдом, откупорила ее. Два босоногих официанта подали легкие закуски.
"Мы что-то празднуем?" Эмма чувствовала себя так, словно оказалась в одной из своих фантазий.
"Моя мама говорила, что даже в самое трудные времена можно найти что отпраздновать." Когда официанты отошли, она протянула Эмме бокал и встала на колени рядом с ней.
"Если это правда, то представь сколько всего можно отпраздновать в такие прекрасные моменты как этот."
Эмма была рада, что им подали только фрукты, сыр и хлеб. Они могут подождать. "Ты очень голодна?"
"Ужасно, но манго не утолит моего голода." Кейн поставила свой бокал на стол и встав, подняла Эмму на руки, но, к недоумению Эммы, почему-то направилась в противоположную бунгало сторону.
"Уверена, что если ты отнесешь меня туда," Эмма кивнула в сторону их комнат, "ты обнаружишь там великолепную кровать."
"Думаю, здесь кровать не хуже." Кейн подошла к месту откуда они наблюдали закат. Под пальмовыми деревьями расположился ее последний сюрприз на сегодня.
Кто-то из персонала застелил кровать с балдахином шелковым постельным бельем, которое трепетало на легком ветру и расставил вокруг нее свечи в лампадках.
Кейн осторожно опустила Эмму на ноги и целовала ее пока Эмма судорожно не вцепилась в ткань ее рубашки. Так медленно как только было возможно Кейн сначала приподняла подол, а затем сняла с нее платье, оставляя Эмму в одних трусиках.
Прежде чем она смогла заняться и ими, Эмма остановила ее, положив ладонь на грудь Кейн.
"Позволь мне взглянуть на тебя," сказала она Кейн и начала расстегивать пуговицы на ее рубашке. Брюки были задачей полегче, и вскоре они лежали у ног Кейн легким облаком.
С момента их воссоединения женщины занимались любовью довольно много раз, чтобы успеть унять боль от потери, но Эмма все еще чувствовала себя так, словно это был их первый раз. Только в этот раз в Эмме не было ни капли сомнения или нерешительности.
Может Кейн и внушала страх многим людям, но душой и телом она принадлежала Эмме. Каждый вздох, каждое прикосновение ее губ, и каждая ласка ее пальцев принадлежала Эмме и единственное, что могло это прекратить было только добровольное отречение Эммы от нее.
Но этого никогда больше не случится. Ни в этой жизни, ни в последующей. В объятиях Кейн Эмма нашла не только любовь и понимание, она нашла свое настоящее место. И она не уставала благодарить высшие силы за то, что снова обрела свое счастье.
Эмма прижала Кейн к кровати и оседлала ее бедра, желая отдать Кейн всю себя. Кейн запустила руки в трусики Эммы и она отклонилась, чтобы Кейн могла видеть ее всю. "Если ты хочешь меня..."
Но прежде чем Эмма смогла закончить, тонкая ткань сдалась под напором нетерпения Кейн, сметая последнюю преграду. Но когда Кейн попыталась перевернуть Эмму на спину, та не послушалась. "Я дам тебе все, что пожелаешь, но не прямо сейчас," сказала она, протягивая руку назад и прижимая свою ладонь к лону Кейн.
Эмма улыбнулась, когда бедра Кейн дернулись под нею. "Ты научила меня многому в любви." Она склонилась так, что ее соски слегка касались груди Кейн. "Не дуйся," слегко улыбнулась она. Ей пришлось сдвинуть руку, чтобы подобраться так близко к губам Кейн, но ей сейчас очень нужно было завладеть ее ртом.
Как только их губы слились в поцелуе, язык Кейн проник в жаркую влажность ее рта и она сжала ее грудь, заставляя бедра Эммы задвигаться в нетерпении.
Эмма отстранилась. "Веди себя хорошо."
"Я стараюсь," сказала Кейн и снова попыталась перекатить Эмму на спину.
"Нет, нет, нет," пожурила ее Эмма, прижимая руки Кейн к кровати, и даря ей еще один поцелуй. Она не хотела ничего доказывать, она просто хотела первой прикоснуться к Кейн и показать ей то, что она чувствовала. Ее соски прошлись по телу Кейн, когда она медленно опустилась ниже. "Как я сказала, ты научила меня любви, но когда мы вместе так, как сейчас, я счастлива, что ты научила меня и страсти." Эмма раскрыла розовую плоть Кейн и поместив указательный и средний пальцы у ее твердого возбужденного клитора, сжала его.
"Любимая, прошу тебя," простонала Кейн, в ее голосе звучала отчаянная мольба.
Эмма отпустила ее и протянула свои руки Кейн, в молчаливой просьбе опоры. Когда Кейн взяла ее ладони в свои, Эмма наклонила голову и прижавшись губами к разгоряченной розовой плоти, начала посасывать ее. Она не выпустила ее из своих губ до тех пор, пока Кейн не прорычала ее имя и не забилась в судорожных спазмах оргазма.
Кейн притянула Эмму к себе и обняла ее. "Спасибо, но я хотела..."
Эмма поцеловала ее, заставляя ее замолчать. "Я должна была сделать что-то, чтобы показать тебе насколько сильно мне понравились все твои сюрпризы. Не знаю, зачем ты решила пройти через столько трудностей, но сегодня ты затмила саму себя. Это было великолепно."
На этот раз Эмма беспрепятственно повиновалась, когда Кейн перевернула ее на спину. "Мой старый друг Поппи сказал мне, что здесь самое лучшее место для любования закатом."
"Этот закат был невероятно красив."
"Ты права, но мы здесь совсем не по этой причине." Кейн провела пальцами от горла Эммы к ее груди. "Знаешь, есть старая поговорка, которая гласит, что если ты кого-то любишь, отпусти его. Ты ушла, и хотя я больше никогда в жизни не испытывала такой мучительной боли, я отпустила тебя. Но теперь ты вернулась. Ты вернулась ко мне, и если эта поговорка верна, тогда ты принадлежишь мне."
"Ох, милая, ты могла быть уверена в этом с нашей первой встречи. Но если ты все еще не уверена, то я хочу провести всю оставшуюся жизнь доказывая тебе это."
"Ты ничего не должна доказывать, любимая. Я хотела подарить тебе этот прекрасный закат как женщине, которая всецело принадлежит мне. Я хочу, чтобы ты знала, что этот закат и все следующие, до самого конца моих дней будут встречены с тобой."
Кейн поцеловала грудь Эммы точно в том месте, где билось ее сердце и, протянув руку, вытерла слезы, стекающие по щеке Эммы. Кейн повторила те самые слова, которые ее мать говорила отцу на каждой годовщине их свадьбы. "Моя любовь сильна, мое сердце верно, и вся я принадлежу тебе."
"Спасибо," сказала Эмма, ее слова перетекли в стон, когда Кейн нежно прикусила один из ее сосков. "Теперь займись со мной любовью, мой романтичный дьявол."
Это был приказ, которому Кейн с радостью повиновалась. Их смех и звуки их страсти эхом носились по волнам до самого рассвета.
Кейн была воспитана в традициях своей семьи и сейчас она с нетерпением ждала начала их собственных традиций с Эммой.

+1

25

nm,
что это вы нам принесли?
Это отдельный рассказ или часть чего-то большего?

0

26

Gray, это отдельный рассказ. Относится к серии про клан Кейси. Видимо, поэтому nm его здесь и разместил(а).

Отредактировано Kendr (07.05.19 11:46:27)

0

27

Kendr,
спасибо за ликбез.
Не сильна я в клане Кейси)
Ну, если рассказ, пусть живет здесь.
Когда автор напишет цикл и его переведут, сделаем отдельную тему.

0

28

Вообще-то рассказ "Мой романтичный дьявол" - послесловие к первой книге "Игры с дьяволом".

0


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » #Темная литература » Али Вали Ярость дьявола